03
авг

Новое слово по вопросу компенсации морального вреда при оскорблении

Сказать его Верховный Суд РФ побудило рассмотрение дела об оскорблении, которые один наш башкирский коллега причинил другому.
Так, райсуд в Башкортостане рассматривал вопрос об определении порядка общения с ребенком, когда Ильгиз Нафиков, представитель одной из сторон, решил заставить замолчать своего оппонента, адвоката Вадима Ахмадуллина, необычным для суда способом, сказав ему: "Заткнись, придурок". Терпеть оскорбления адвокат не стал и обратился в суд. В иске о защите чести и достоинства за оскорбления и "нравственные страдания" он потребовал от ответчика 100 000 руб. Первая инстанция, Учалинский райсуд Башкортостана, частично удовлетворила иск, существенно – 30 700 руб. – снизив размер компенсации. Однако в апелляции, ВС Республики Башкортостан, отменили решение и полностью отказали адвокату в иске.
Причиной было то, что, по мнению судей в апелляции, адвокат потребовал компенсацию неправильно: просто так потребовать компенсировать моральный вред нельзя, сделал вывод суд. Обязательно надо сочетать это с другим требованием – об опровержении порочащих честь, достоинство или деловую репутацию сведений. Опровержения сказанного истец не требовал, а значит, он не может рассчитывать на компенсацию.
Верховный суд изучил обстоятельства спора (дело № 49-КГ18-15) между юристами и пришел к выводу, что апелляционная инстанция допустила ошибку.
Защита достоинства личности предусмотрена ч. 1 ст. 21 и ст. 23 Конституции, напомнил ВС; соответствующие положения есть и в п. 1 ст. 150 ГК. Право требовать компенсацию морального вреда предусмотрено в абз. 10 ст. 12 ГК, возможность обязать нарушителя компенсировать вред – в ст. 151 ГК. Возможность компенсации предусмотрена и в п. 9 Пленума ВС № 3.
"Таким образом, действующее законодательство допускает возможность защиты чести и достоинства (доброго имени) гражданина путем заявления отдельного требования о компенсации морального вреда", – говорится в определении ВС.
 
Источник: pravo.ru
 
 
Интересные статьи « Верховный Суд устранил коллизию в определении подсудности трудовых споров Судебные приставы получили более широкие возможности противодействия коллекторам »